Интервью делегатов X Всероссийского съезда судей

В преддверии юбилейного X Всероссийского съезда судей председатель Арбитражного суда Свердловской области в почетной отставке Цветкова Светлана Александровна поделилась своими воспоминаниями о съездах, в которых принимала участие, а также ответила на вопросы, касающиеся дальнейшего развития российской судебной системы.

1. Светлана Александровна, поделитесь своими впечатлениями от участия во Всероссийском съезде судей. Что Вам особенно запомнилось?

Мои впечатления от участия во Всероссийском съезде судей, безусловно, являются субъективными и отражающими те моменты, которые запомнились именно мне. Впервые я приняла участие в работе VII Всероссийского съезда судей, который проходил в декабре 2008 года. Любое событие, которое бывает впервые, оставляет самые яркие воспоминания и запоминается более других. Так, место проведения съезда уже вызвало бурю эмоций, потому что это был Колонный зал дома Союзов, в котором проходили многие значимые события и который я видела раньше только по телевидению, что создавало ощущение нереальности происходящего. Это ощущение еще более усилилось, когда первым было выступление Президента Российской Федерации Д.А. Медведева, которого тоже я могла увидеть только по телевидению, поскольку интернет в том виде, в котором я использую его сейчас, мне был недоступен. Яркие впечатления оставили знакомства и общение с коллегами из других судов, с которыми можно было обменяться опытом, узнать, что происходит и волнует судей в других судах, и даже наладить будущие связи с судами, с которыми в последующем происходило эффективное взаимодействие и обмен наиболее полезным опытом работы.

Иногда значимые официальные мероприятия бывают не интересны, но поскольку обсуждаемые вопросы были мне близки и касались непосредственно судов, то каждый доклад, каждое выступление я выслушивала с интересом от начала до конца. Многие вопросы, которые обсуждались на съезде, были не новыми, но для меня их непосредственное обсуждение состоялось впервые. Так, Ирина Валентиновна Решетникова в нашем суде приобщила меня к примирительным процедурам, и работа по их внедрению уже велась, но, к моей радости, этот вопрос как важный был рассмотрен и на съезде и нашел свое отражение в Постановлении VII Всероссийского съезда судей, в котором в качестве меры, направленной на снижение нагрузки судей, было предусмотрено внедрение и развитие альтернативных способов разрешения споров, в том числе медиации. Также меня поразила, казалось бы, такая простая мысль из доклада председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации А.А. Иванова о необходимости перехода от экстенсивного пути развития (например, увеличение числа судей) к интенсивному (например, внедрение новых технологий), о чем я не раз вспоминала при принятии решений.

VIII съезд судей также запомнился выступлением В.В. Путина, который говорил о высокой нагрузке на судей, но, которая, по его мнению, свидетельствовала о доверии к судам, и так отрицательный факт нагрузки наполнялся положительным содержанием о доверии. Интересным было обсуждение административного судопроизводства и быстрая реакция на выступление как А.А. Иванова, который сослался на статью Конституции, предусматривающую рассмотрение арбитражными судами не только экономических, но иных споров, так и самого В.В. Путина, который также высказал свое мнение по этому вопросу, указав, что целью является исключение возможности получать в разных судах противоположные решения по одному вопросу. Все происходящее вызвало уважение, поскольку была высокая степень вовлеченности и знаний, а не просто зачитывание заранее подготовленной информации.

Конечно, запомнилось и выступление на съезде Галины Александровны Фединой, которая предложила учредить День работника судебной системы. Галина Александровна выступила ярко, предельно четко и эмоционально, впрочем, это ее обычная манера изложения информации.

IX съезд судей проходил спустя два года после объединения Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Не буду скрывать, что объединение вызывало в суде обеспокоенность и тревогу за будущее развитие. Накануне съезда в Свердловском областном суде состоялось совещание судей-делегатов IX съезда с участием председателя Верховного Суда Российской Федерации В.М. Лебедева. Такие совещания, как я понимаю, проводились по всей России. В докладе большое внимание было уделено арбитражным судам, что, конечно, было особенно важно нам, как судьям арбитражной системы. При этом в докладе В.М. Лебедева я услышала то, что было важно: каждая из систем судопроизводства сближается и взаимно обогащается. Так, приказное производство появилось в арбитражных судах, а упрощенное судопроизводство – в судах общей юрисдикции.

Запомнилось, конечно, и внесение поправок в Кодекс судейской этики. Интерпретация этих норм уже вызывала трудности с назначением кандидатов на должности судей, что приводило к увеличению и так высокой нагрузки на судей, так как отказ в назначении влек необходимость проведения новой процедуры назначения и, соответственно, срока, в который суд работал без судьи. При этом не было разногласий в том вопросе, что при назначении на должность судьи должен быть исключен конфликт интересов, но расширительное понимание конфликта интересов приводило порой не к отсечению кандидата с конфликтом интересов, а к невозможности назначения на должности многих достойных кандидатов. Важным явилось и то, что предполагалось дальнейшее внедрение современных информационных и электронных технологий, в том числе перевод архивов судебных документов в электронный вид, что было особенно важно для Арбитражного суда Свердловской области ввиду значительного «бумажного архива».

2. Какие, на Ваш взгляд, решения, принятые на съездах, существенно изменили положение судей, судейского сообщества, судебной системы в целом?

Таких вопросов было немало, но я приведу только один, который проходит красной нитью через все съезды, на которых я была, – это высокая нагрузка судей. Такая нагрузка возникает прежде всего при большом количестве дел, какие бы они ни были, даже если совсем простые. Возрастание из года в год дел, вытекающих из административных и иных публичных отношений, особенно налоговых, создавало достаточно большую нагрузку. Несмотря на равное количество составов как в гражданской, так и в административной коллегиях, некоторые категории публичных дел ввиду их большого количества рассматривались судьями обеих коллегий. На VII съезде судей была отмечена необходимость на законодательном уровне внедрения в правоприменительную практику досудебного урегулирования споров, особенно в сфере публичных отношений, что в последующем и было реализовано. Досудебное урегулирование, в первую очередь налоговых споров, привело к значительному их уменьшению, более того, как правило, те споры, которые доходили до суда, требовали разрешения именно в суде, поскольку имелась необходимость их толкования при правоприменении, и этот вопрос при разных подходах можно было разрешить только в суде. Иллюстрацией к вышесказанному является то, что в настоящее время в суде публичные споры рассматривают только два состава, при этом в их специализацию входят и гражданские дела, ввиду недостаточного количества публичных дел, для выравнивания нагрузки. Это был как раз пример не экстенсивного решения вопроса снижения нагрузки судей.

3. Вопросы оптимизации судебной нагрузки традиционно являются примером обсуждения судейского сообщества. Как Вы оцениваете ситуацию с судебной нагрузкой сегодня?

За годы много факторов снизило, по моему мнению, нагрузку на судей: появление помощников судей, электронные технологии, введение досудебного порядка, приказное и упрощенное производства и т.д. Но несмотря на это нагрузка в судах остается высокой. При этом следует отметить, что это не только количественные, но и качественные показатели. Так, принцип процессуальной экономии предполагает активную роль суда в разрешении спора. Отказ в исковых требованиях по формальным основаниям (не та норма, не тот способ защиты, неточный расчет убытков и т.д.) невозможен. Я не говорю о делах о несостоятельности, где применяются повышенные стандарты доказывания, то есть более тщательная проверка всего по сравнению с обычным общеисковым процессом, что также предполагает активную роль суда. Проще говоря, спор, если он попал в суд, должен завершиться окончательно, и судебный акт ни в коем случае не должен порождать новый судебный спор. Все это повышает эффективность рассмотрения споров в суде, но и порождает увеличение нагрузки на судей, как количественно, так и качественно.

4. Еще один актуальный вопрос для судебной системы – снижение нагрузки, повышение статуса и уровня оплаты труда аппарата суда. Что, по Вашему мнению, может повысить престиж судебной службы?

В ответе на этот вопрос я не буду оригинальной и предложу экстенсивное решение, а именно повышение денежного содержания аппарата суда. Поскольку, если рассматривать престиж работы в аппарате суда как степень сложности и ответственности труда, то работа в суде, безусловно, престижна. Однако уровень оплаты несоизмеримо низок по сравнению с уровнем ответственности, неслучайно съезды судей обращали внимание на эту ситуацию как требующую разрешения. Фактически сегодня мотивом продолжения работы в суде является будущая возможность стать судьей, что, как правило, занимает, да и должно занимать, немало времени и, более того, это не должно быть единственным мотивом работы в суде, поскольку не все работники аппарата должны в обязательном порядке все как один стать судьями. Именно поэтому первостепенным в повышении престижа судебной службы, на мой взгляд, является значительное повышение уровня оплаты, однако параллельно может быть решен вопрос повышения «интеллектуальности» труда, а именно: уменьшение не связанных непосредственно с осуществлением правосудия технических функций (возможность подачи исковых заявлений (заявлений) с нарочным через многофункциональные центры, отказ от формирования архивных бумажных дел, автоматизация сканирования и т.д.).

5. Как Вы оцениваете внедрение в судебную систему таких форматов как онлайн-заседание, онлайн-ознакомление с материалами дела?

Электронные технологии дают новые возможности, а новые возможности – это всегда замечательно и всегда экономит определенные ресурсы, которых не хватает (время, людские и материальные средства и т.д.). Электронные технологии в судебном заседании использовались и до онлайн-заседаний, например, проведение судебных заседаний с использованием видеоконференц-связи, и на первом этапе мы можем говорить о движении вперед. Но само проведение таких судебных заседаний было достаточно громоздким, в нем принимали участие два суда, что увеличивало задействованное количество как людских ресурсов, так и необходимость оборудованных залов судебных заседаний, помимо этого в организационном смысле необходима была техническая возможность. Всего этого не требуется при проведении онлайн-заседания, а чем проще, тем лучше. Онлайн-ознакомление с материалами дела для Арбитражного суда Свердловской области стало существенным продвижением вперед в организации работы как для суда, так и для посетителей комнаты ознакомления с делами. Само создание такой комнаты по инициативе Ирины Валентиновны Решетниковой было, несомненно, значительным улучшением организации процесса ознакомления с материалами дела, но время шло и требовало изменений в этом процессе, различные корректировки в организации работы комнаты ознакомления хотя и улучшали ее работу, но в целом проблему не решали. Однако для онлайн-ознакомления требуется дело в электронном виде, и при взвешивании необходимости перевода дел неупрощенного производства в электронный вид нужно было соотнести нагрузки на работников суда, а соответственно, и возможности, и удобство для лиц, осуществляющих ознакомление с материалами дела, и до пандемии этот баланс был достаточно сложным. Однако распространение коронавирусной инфекции его изменило, добавив такой важный фактор, как сохранение здоровья, а может быть, и жизни, и необходимость обеспечения прав лиц, участвующих в деле. Между тем, поскольку механизмы онлайн-ознакомления уже обсуждались и изучалось их внедрение с учетом всех за и против, предполагалось, что само по себе осуществление такого ознакомления прошло достаточно спокойно. Ранее, помимо процессуальных, требовалось совершение еще и организационных действий, перечислю основные из них: наличие времени и места в зале ознакомления, установление стандартного времени ознакомления (увеличение времени требовало дополнительных действий); подготовка дела к передаче в зал ознакомления; передача и получение дела из зала ознакомления. Уже понятно, что фактически для ознакомления с материалами дела разные лица должны совершить немало действий, а при онлайн-ознакомлении – это лишь подача заявки и ее рассмотрение судьей. Теперь лицо, знакомящееся с материалами дела, может вдумчиво изучать материалы дела, будучи не связанным коротким временным промежутком и необходимостью затрат на время для поездки в суд в зал ознакомления. Для суда сложность составляют объемные дела неупрощенного производства, которые необходимо сканировать, но затраты на сканирование, конечно, несоизмеримы с вовлечением большого количества работников в процесс ознакомления ранее, да и некоторые вопросы могут быть решены установлением обязанности подавать документы в электронном виде определенными участниками: арбитражными управляющими, государственными и муниципальными органами и т.д. На мой взгляд, любые электронные сервисы берегут время, людские ресурсы и, как правило, позволяют более гибко решить многие вопросы. Например, документы в электронном виде можно направить в суд в любое время дня и ночи и даже в праздник, и несмотря на то, что обработаны они будут во время работы суда, это снимает проблему разницы во времени для нашей большой страны.

6. Какие, на Ваш взгляд, актуальные вопросы необходимо обсудить на предстоящем Х Всероссийском съезде судей?

Ответ на этот вопрос перекликается с предыдущими. На мой взгляд, нужно продолжить внедрение всех современных технологий в судопроизводство (например: получение судами документов или информации из имеющихся систем и интеграция с ними; использование многофункциональных центров для подачи документов в суды; переход на электронные исполнительные листы и интеграция с системами судебных приставов-исполнителей и т.д.). Такие технологии должны также использоваться и в организации работы, например: проведение дистанционного обучения; автоматизация обработки документов и т.д.

Также необходимо обсуждать, на мой взгляд, вопрос о повышении оплаты труда аппарата, это вопрос не новый, но его решение жизненно необходимо. Требует обсуждения и вопрос о правовом регулировании проведения судебных экспертиз с целью повышения их достоверности и беспристрастности, что видится в установлении определенных требований к экспертам или экспертным организациям и осуществлении контроля за выполнением этих требований.

7. Как Вы считаете, можно ли назвать российскую судебную систему открытой, доступной и прозрачной?

При ответе на этот вопрос я буду говорить об арбитражных судах, но только потому, что знаю технологию и организацию работы систем. Прежде всего хочу отметить, что наши лица, участвующие в деле, а вернее не только они, имеют полный доступ к текстам судебных актов и информации о движении дела практически в режиме онлайн (технические задержки могут увеличивать время появления текста судебного акта или информации, но они непродолжительны). Что может быть более открытым, когда открыто практически все (за исключением сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну), помимо текстов судебных актов в системе отражается вся информация о движении дела: поступление различных процессуальных документов, назначение судьи; после проведения заседания в системе появляется информация о его результатах и т.д. Такой широкий доступ к достоверной информации обеспечивает открытость, помимо этого, прозрачность обеспечивается и назначением судьи для рассмотрения дела, которое происходит в автоматизированном режиме, на сайте нашего суда еще размещен приказ о специализации судей. Работа на улучшение, как и любая другая, всегда должна продолжаться, но на мой взгляд, открытость, доступность и прозрачность российской судебной системы обеспечена на самом высоком уровне.

8. Какие проблемы в современном судопроизводстве вызывают у Вас вопросы? В чем Вы видите залог дальнейшего успешного развития российской судебной системы?

Я привыкла называть явления не проблемами, а задачами, которые нужно решить. При этом есть главные задачи и множество сопутствующих, которые могут быть инструментом решения главной задачи или могут решаться параллельно. В настоящее время главной задачей является снижение нагрузки на судей, при этом спектр решения этой задачи достаточно широк, но это должен быть в большей части интенсивный путь развития, который в первую очередь должен предполагать максимальное использование электронных технологий как в судопроизводстве, так и в делопроизводстве и совершенствование процессуального законодательства.

Не могу не отметить, что эффективная работа института судебного примирения также может служить целям снижения нагрузки. Соглашусь, что на сегодняшний день этот институт практически не влияет на работу суда, а если говорить про Арбитражный суд Свердловской области – и совсем не применяется, но тому причиной является необходимость осуществления, в том числе и организационных мероприятий по координации этой работы. Снижение нагрузки видится мне в том, что стороны должны скорее обратиться к судебному примирителю, поскольку он в силу жизненного опыта и убеждений судьи предоставит адекватную, истинную и беспристрастную картину взаимоотношений, а вернее, правоотношений сторон, что даже если и не позволит им примириться, то поможет исключить эмоциональную сторону, и, соответственно, найти более разумный подход к своей позиции. Соотношение позиции стороны с перспективой рассмотрения дела с учетом сложившейся практики будет определять понимание реальности его разрешения. При этом, напротив, может возникнуть понимание, что требуется не примирение, а только решение государственного суда, которое разрубит имеющийся гордиев узел. Такое понимание значительно облегчит рассмотрение дела судьей после работы судебного примирителя. В случае если в результате примирения стороны решат заключить мировое соглашение, будет облегчена и работа судьи, поскольку текст будет подвергнут проверке судебным примирителем с точки зрения соблюдения требований его законности. Иные лица, примиряющие сторон, более всего рассматривают условия, приемлемые для сторон, а не возможность утверждения таких условий судом. Более того, имеются случаи, когда мировое соглашение используется не как способ разрешения спора, а как инструмент для дальнейших недобросовестных действий, например, для установления необоснованных требований в деле о банкротстве или прикрытия незаконных действий. Опыт и знание процессуального и материального права позволят судебному примирителю установить наличие таких условий, и, соответственно, снизят нагрузку на судью, который, конечно, должен и будет проверять все условия, но с большей степенью вероятности не нужно будет дорабатывать или исключать какие-то условия или вовсе отказывать в заключении мирового соглашения.

9. Предлагаем Вам высказаться на любые, с Вашей точки зрения, важные вопросы.

В заключении мне хочется поставить не вопросы, а высказать пожелания. Суды в настоящее время омолаживаются, например, в Арбитражном суде Свердловской области остался только один судья, который работал в нем в 1998 году, когда я пришла работать судьей, но это явление присуще не только нашему суду, а судебной системе в целом, да и всему, что есть. Всегда одни люди сменяются другими, и это неизбежно, но это и нужно для дальнейшего развития. Поэтому хочу пожелать судьям справиться с неимоверной нагрузкой, которая связана с большим количеством дел, их сложностью, высокой степенью ответственности перед обществом, психологической и эмоциональной напряженностью. Считаю, что все необходимое для этого у нового поколения есть, нужно помнить о великой миссии права и суда как инструмента его защиты. Желаю здоровья, душевного равновесия, успехов, процветания и удачи.

Данное интервью опубликовано в журнале «Экономическое правосудие в Уральском округе» №2/2022.