Справка по проблемным вопросам, выявленным по итогам обобщения практики рассмотрения споров, связанных с защитой деловой репутации[1]

 

В практике арбитражных судов по делам о защите деловой репутации достаточно часто наряду с требованием об опровержении сведений порочащего характера в порядке ст.152 Гражданского кодекса (далее - ГК РФ) заявляется требование о взыскании с лица, распространившего не соответствующие действительности сведения, компенсации морального вреда, поскольку деловая репутация относится к числу нематериальных благ (ст.150 ГК РФ), при причинении вреда которым закон допускает возможность денежной компенсации (ст.151 ГК РФ).  В связи с этим исходя из легального определения морального вреда (ст.151 ГК РФ) возникают вопросы о применимости данного способа защиты к субъектам предпринимательской деятельности и экономических отношений, что обусловлено спецификой рассматриваемой сферы. Более того, даже  по отношению к различным субъектам предпринимательской деятельности в практике судов можно отметить дифференцированный подход.

 

 

1.Компенсация морального вреда гражданину, имеющему статус индивидуального предпринимателя.

 

Согласно одной позиции требование о компенсации морального вреда индивидуальному предпринимателю, основанное на ст.151 ГК РФ, не подлежит  удовлетворению в силу того, что такое требование может быть предъявлено только гражданином. Поскольку в силу п.3 ст.23 ГК РФ к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица,  применяются правила ГК РФ, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, постольку индивидуальные предприниматели не относятся к числу субъектов, имеющих право на возмещение морального вреда[2].

Согласно другой позиции указание в статьях 150, 151 ГК РФ о праве суда компенсировать моральный вред, причиненный гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права, не исключает компенсацию такого вреда, если гражданин занимается предпринимательской деятельностью. Такого императивного запрета в указанных нормах не содержится. Более того, из существа правоотношения по компенсации морального вреда следует, что возможность возмещения такого вреда возникает в случае, если субъект (потерпевший) способен претерпевать нравственные или физические страдания (ст. 151 ГК РФ). Гражданин не утрачивает такую способность и в случае, если он осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, в том числе и если моральный вред причиняется ему в связи с этой деятельностью. Правила ГК РФ, регулирующие деятельность коммерческих организаций, применяются к самой предпринимательской деятельности граждан (п. 3 ст. 23 ГК РФ), а не к отношениям по защите неотчуждаемых нематериальных благ (п. 1 ст. 150 ГК РФ)[3].

Анализ имеющейся практики позволяет прийти к выводу о формировании единообразной практики арбитражных судов по обозначенной проблеме на уровне окружных судов. Изучение практики Федеральных арбитражных судов округов последних лет (2004-2005 гг.) показывает, что господствующей позицией является вторая.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. В указанной норме отсутствует дифференциация способов защиты, которые могут быть использованы гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, следовательно, она является общей для названных субъектов гражданских правоотношений.

На основании норм главы 3 ГК РФ индивидуальный предприниматель как субъект гражданских правоотношений относится к гражданам. Право гражданина на компенсацию морального вреда предусмотрено ст. 151 ГК РФ.

В силу ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами главы 59 и ст. 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Следовательно, гражданское законодательство не исключает возможности компенсировать гражданину, занимающемуся предпринимательской деятельностью, моральный вред, причиненный в связи с осуществлением такой деятельности.

Кроме того, ссылка представителей первой точки зрения на п.3 ст.23 ГК РФ представляется необоснованной, поскольку данная норма применима лишь в случае, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения. Применительно к вопросу о допустимости компенсации морального вреда предпринимателю иное вытекает именно из существа правоотношения, поскольку статус индивидуального предпринимателя представляет собой не что иное, как юридическую характеристику гражданина, которая не может рассматриваться в отрыве от его качеств как физического лица. Способность испытывать страдания у физического лица сохраняется независимо от того, каков его правовой статус в сфере экономической деятельности.

Таким образом, при рассмотрении требований индивидуальных предпринимателей  о взыскании компенсации морального вреда более правильным представляется придерживаться подхода, в соответствии с которым наличие статуса предпринимателя не исключает возможности взыскания компенсации, если нарушено личное неимущественное право или нематериальное благо (чаще всего деловая репутация), предпринимателем представлены доказательства претерпевания соответствующих страданий и имеются все основания для применения гражданско-правовой ответственности, поскольку компенсация морального вреда представляет собой меру гражданско-правовой ответственности.

 

2. Компенсация морального вреда (нематериального вреда, нематериальных убытков, репутационного вреда) юридическому лицу.

 

Вопрос о допустимости компенсации морального вреда юридическому лицу является одним из наиболее спорных как в юридической науке, так и в правоприменительной практике, что логично обусловлено неоднозначностью правовой природы юридического лица[4].

При рассмотрении данной проблемы достаточно сложно выявить четко оформленные противоположные точки зрения, поскольку по существу все высказываемые в литературе и судебной практике аргументы основаны на общем отправном положении: компенсация морального вреда в том смысле, каким его наполняет ст.151 ГК РФ, юридическому лицу невозможна. Определяя моральный вред через физические и нравственные страдания, ст.151 ГК РФ однозначно ориентирует на ее применение исключительно к физическим лицам. Юридическое лицо, будучи искусственно созданным правом субъектом, не способно испытывать каких-либо страданий. Поскольку субъект не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред. Поэтому исходя из смысла статей 151 и 152 ГК РФ право на компенсацию морального вреда предоставлено только физическому лицу[5].

Однако если ранее данный вывод являлся заключительным в обсуждении рассматриваемой проблемы и вопрос о возможности какой бы то ни было компенсации юридическому лицу помимо взыскания убытков, состав которых определен ст.15 ГК РФ, не ставился, то с принятием определения Конституционного Суда РФ от 04.12.2003 г. N 508-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его  конституционных прав пунктом 7 ст.152 Гражданского кодекса РФ» арбитражная практика получила несколько иную направленность.

Суть правовой позиции Конституционного суда, выраженной в данном определении заключается в следующем.

Применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 ст. 150 ГК РФ). Данный вывод основан на положении ст. 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в соответствии со ст. 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст. 41). Исходя из этого Европейский Суд по правам человека в решении от 6 апреля 2000 года по делу "Компания Комингерсол С.А." против Португалии" пришел к выводу о том, что суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые "могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей степени "объективными" или "субъективными". Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании".

Таким образом, акцент сместился от обсуждения возможности компенсации юридическому лицу морального вреда (ст.151 ГК РФ) к вопросу о допустимости в принципе какой-либо денежной компенсации юридическому лицу за нарушение нематериальных прав, которые не имеют четко определимого имущественного выражения (прежде всего, конечно, деловой репутации как одного из основополагающих таких прав).

И на этот вопрос арбитражная практика последних лет (2005-2007 гг.), приняв во внимание соответствующую позицию Конституционного Суда РФ, дает положительный ответ.

В частности, в постановлении от 08.12.2005 г. по делу № А43-5790/2005-4-127 Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа согласился с выводами суда первой инстанции относительно взыскания суммы денежной компенсации в пользу юридического лица в связи с распространением сведений, умаляющих деловую репутацию юридического лица, указав следующее.

В п. 7 ст.152 ГК РФ  предусмотрено, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

В п. 2 ст. 150 ГК РФ предусматривается возможность использования при защите нематериальных благ любого способа, названного в статье 12 ГК РФ, а также иных способов, установленных Кодексом и другими законами, если существо нарушенного нематериального блага и характер последствий этого нарушения допускает такую защиту.

Деловая репутация относится к нематериальным благам, возникает у юридического лица в силу его создания и является одним из условий его деятельности.

Из смысла указанных норм следует, что при умалении деловой репутации юридического лица оно не лишено права на защиту нарушенного нематериального права в виде предъявления требования возмещения нематериального вреда путем выплаты причинителем вреда денежной компенсации. Определяя размер компенсации, суд должен принять во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Аналогичные доводы содержатся в постановлениях Федерального арбитражного суда Московского округа от  30.03. 2005 г. № КГ-А40/1052-05,
от 16.05.2006 г.  КГ-А40/3899-06-П, постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.10. 2006 г. № А56-50637/2005 по делам о защите деловой репутации и взыскании нематериального вреда.

 Изучение имеющейся на данный момент немногочисленной судебной практики по данному вопросу приводит к выводу о том, что при полном отсутствии терминологического единообразия (в судебных актах взыскиваемые суммы именуются «компенсацией вреда, причиненного деловой репутации», «компенсацией нематериального вреда», «возмещением нематериальных убытков», «компенсация репутационного вреда» - тенденция к исключению понятия «моральный вред»), единство подхода заключается в том, что за причинение вреда деловой репутации юридического лица возможно взыскание денежной суммы, при этом, определяя ее размер, суды руководствуются критериями, установленными ГК РФ для определения суммы морального вреда (ст.151, 1101 ГК РФ). Так, по делу № КГ-А40/1052-05 суд кассационной инстанции, соглашаясь с судом апелляционной инстанции в вопросе о наличии оснований для взыскания нематериального вреда, указал на необоснованное неприменение положения ст. 1101 ГК РФ, предусматривающего учет требования разумности и справедливости при определении размера компенсации нематериального вреда, и снизил размер взыскиваемой суммы. Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа по делу  № А56-50637/2005, отменяя решение суда об отказе во взыскании компенсации вреда, причиненного деловой репутации, ввиду непредставления истцом обоснованного расчета размера возмещения, что, по мнению суда первой инстанции, не позволило суду оценить соразмерность заявленной суммы причиненному истцу действиями ответчика вреду, исходил из следующего.

Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 ст. 151 и пункте 2 ст. 1101 ГК РФ и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку суды первой и апелляционной инстанций не дали оценки фактическим обстоятельствам, имеющим значение для определения размера компенсации, не учли характер и содержание публикации, степень распространения недостоверных сведений, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, судебные акты в этой части отменены и дело передано на новое рассмотрение.

Приведенная практика, тем не менее, не устраняет вопроса о том, как следует поступить суду в случае, если истцом сумма, истребуемая в качестве возмещения  вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, заявлена как компенсация морального вреда: отказать в иске ввиду неприменимости данного способа защиты к юридическим лицам либо взыскать ее как нематериальный вред исходя из изложенной ранее позиции
по правилам о компенсации морального вреда.

 В постановлении Федерального арбитражного суда Уральского округа от  22.01.2007 г. № Ф09-12038/06 предложен следующий подход к решению данного вопроса.

  Открытое акционерное общество просило взыскать денежную сумму в качестве компенсации морального вреда в связи с распространением в газете сведений, порочащих его деловую репутацию. Суд кассационной инстанции согласился с выводом суда апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении данного требования ввиду того, что возможность возмещения такого вреда возникает в случае, если субъект способен претерпевать нравственные или физические страдания (ст. 151 ГК РФ). Учитывая, что с иском о возмещении морального вреда обратилось юридическое лицо, которое не может испытывать таких страданий, вывод суда об отказе в иске признан судом кассационной инстанции обоснованным.

Вместе с тем, Федеральный арбитражный суд Уральского округа указал, что истец не лишен права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, предоставив соответствующие доказательства причинения такого вреда.

Аналогичный подход нашел отражение в постановлении суда апелляционной инстанции от 05.04.2006 г. № А60-40651/2005: суд отказал во взыскании морального вреда, отклонив ссылку истца на определение Конституционного Суда РФ от 04.12.2003 № 508-О, постановление Европейского Суда по правам человека от 06.04.2000 г., поскольку в данных судебных актах речь идет о возмещении нематериальных убытков, причиненных деловой репутации юридического лица, а не о возмещении морального вреда, причиненного юридическому лицу.

Таким образом, поскольку юридическое лицо не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред. В связи с этим требования юридического лица о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Следовательно, юридическое лицо, в отношении которого распространены не соответствующие действительности сведения, порочащие его деловую репутацию (п. 7 ст. 152 Гражданского кодекса РФ), защищается посредством опровержения таких сведений и возмещения убытков (п. 5 ст. 152 Гражданского кодекса РФ)[6].

 

В справке представлены наиболее общие подходы к решению вопроса о компенсации морального (неимущественного) вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, выработанные судебной практикой в период с 2003 по 2007 гг.  Однако сделать какие-либо однозначные выводы на данный момент практически невозможно, поскольку судебная практика по данному вопросу находится в стадии формирования.





[1] Подготовлено Шулеповой Т.И., Гонгало Ю.Б.

[2] Судебные акты Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-19479/04, Арбитражного суда Курганской  области по делу № А34-4702/04, Арбитражного суда Пермской области по делу № А50-1557/2003, Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-20839/2005-42/520, решении Арбитражного суда Республики Дагестан по делу № А15-1522/2002-10, постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа по делу № А58-4866/01-Ф02-867/02.

[3] Постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа по делам  № Ф09-1062/05, Ф09-3705/04,  Ф09-2214/03, постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № Ф03-А51/06-1/5358, постановления Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа  по делам № Ф08-1203/200, Ф08-2379/2004.

[4] См. обзор мнений, касающихся сущности юридического лица: Гражданское право: В 2т. Т.I:Учебник/Отв.ред.проф.Е.А.Суханов. – 2-е изд.перераб.и доп. – М.:Издательство БЕК,1998, с.172-178.

[5] Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.02.1998 г. № 1785/97, от 05.08.1997 г.  № 1509/97, от 01.12.1998 г. № 813/98; постановления Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от  05.04. 2005 г. № А19-4205/04-19-Ф02-1384/05-С2, Федерального арбитражного суда Московского округа от  23.08.2004 г. № КГ-А41/7263-04, Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.09. 2005 г. № Ф04-4066/2005(14190-А46-30),Федерального арбитражного суда Уральского округа от 26.07. 2004 г.  № Ф09-2302/04, Федерального арбитражного суда Центрального округа от 12.01.2004 г.  № А14-3690/03/103/27. Преобладающей данная точка зрения является и в юридической литературе (Гражданское право:Учеб.В 3 т.Т.I. – 6-е изд.перераб. и доп./Н.Д.Егоров, И.В.Елисеев и др.; Отв.ред .А.П.Сергеев,, Ю.К.Толстой .– М.:2003,  с. .387;Санжарова О.Н. О праве юридического лица на компенсацию морального вреда. Арбитражная практика, 2005, № 11).



 

[6] В то же время в практике Арбитражного суда Свердловской области имеется и иной подход к данному вопросу: по делу №  А60-25667/05 истец заявлял требование о взыскании денежной суммы  в счет компенсации нематериальных убытков, причиненных умалением деловой репутации, по правилам компенсации морального вреда на основании п. 5 ст. 152 ГК РФ.  Суд взыскал сумму в меньшем размере в счет возмещения компенсации морального вреда, сославшись на п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24.02.2005 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", где указано, что ст. 152 ГК РФ предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда. Данное правило в части, касающейся деловой репутации гражданина, соответственно, применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (п. 7 ст. 152 ГК РФ). Поэтому правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.